СПРАВКА

Премьер-министр Украины А.Яценюк отметил, что презумпция невиновности, которая прописана в Конституции Украины, касается исключительно уголовных преступлений, а поэтому необходимо отличать уголовную и административную ответственность, поскольку презумпции невиновности в административной ответственности вообще не существует.

Однако такой подход Премьер-министра Украины об отсутствии презумпции невиновности лица по делам об административных правонарушениях не отвечает, в частности, правовым позициям Конституционного Суда Украины, международным актам и практике Европейского суда по правам человека.

Действительно, буквальное прочтение статьи 62 Конституции Украины, в которой употребляются понятия «преступление» и «уголовное наказание», может дать основания для вывода, что презумпция невиновности касается только уголовной ответственности.

Однако правовая природа административной ответственности по своей сути аналогична уголовной, поскольку также является публичной, связана с применением государственного принуждения, инициируется органами, которые наделены властными полномочиями, а примененные санкции могут быть весьма существенными для лица, включая лишение свободы (административный арест).

Учитывая это, вполне логично, что в Решении от 22 декабря 2010 года № 23-рп/2010 Конституционный Суд Украины пришел к выводу, что административная ответственность в Украине и процедура привлечения к административной ответственности основываются на конституционных принципах и правовых презумпциях.

Одной из таких правовых презумпций как раз и является закрепленная в статье 62 Основного Закона Украины презумпция невиновности, согласно которой лицо считается невиновным до тех пор, пока его вина не будет доказана в установленном законом порядке.

То есть лицо не обязано доказывать свою невиновность и его поведение считается правомерным, пока не доказано обратное.

В Рекомендации № R (91)1 Комитета Министров Совета Европы «Об административных санкциях», одним из принципов применения административных взысканий является установление обязанности нести бремя доказывания именно для административного органа (принцип 7).

Указанное правило является ничем иным как составной презумпции невиновности и освобождает лицо от обязанности доказывать свою невиновность.

Часть 2 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод также содержит положение о презумпции невиновности лица, употребляя при этом понятие «уголовное преступление».

Однако Европейский суд по правам человека в своей практике неоднократно приходил к выводу, что санкции, которые согласно национальному законодательству Договорных государств не входят в сферу уголовных наказаний, могут являтся таковыми в свете положений Конвенции.

Согласно правовым позициям Европейского суда по правам человека, для того чтоб определить, можно ли квалифицировать нарушение, как «уголовное» в соответствии с Конвенцией, сначала следует установить, принадлежит ли положение, определяющее нарушение, к уголовному праву государства ответчика. Затем следует установить «суть нарушения» и «степень тяжести предполагаемого наказания» (решение по делу «Озтюрк против Германии» от 21 февраля 1984 г., «Демиколи против Мальты» от 17 августа 1991 г.).

Учитывая такие критерии, уголовными преступлениями Европейским судом по правам человека были признаны административные правонарушения, за которые заявителям были назначены:

- административные аресты, например, на срок 5 суток (решение по делу «Менешева против России» от 09 марта 2006 года) или 7 суток (решение по делу «Малофеева против России» от 30 мая 2013 года);

- лишение права на управление транспортным средством (решение по делу “Малиге против Франции” от 23 сентября 1998 года);

- административные штрафы. Так, в деле «Озтюрк против Германии» власти Германии приняли решение о выводе из уголовной сферы ряда незначительных нарушений правил дорожного движения, наказанием за которые служил штраф. Однако Европейский суд постановил, что денежное взыскание, назначенное заявителю, ставшему виновником дорожной аварии, имело устрашающие и карательные цели, чего оказалось достаточно для выявления «уголовного» характера вопроса согласно Конвенции.

В решении по делу «Зилиберберг против Молдовы» от 1 февраля 2005 года, Европейский суд по правам человека также констатировал, что наложенный на лицо административный штраф имел своей целью не компенсацию вреда, а именно наказание лица, в то время как карательный характер санкций является обычно характерной чертой уголовного наказания;

- конфискация имущества. В деле «Надточий против Украины» от 15 мая 2008 года Европейский суд по правам человека признал наказание в виде конфискации имущества таким, что влечет значительный ущерб для лица, к которому оно применено, а поэтому указал, что такое дело есть по своей сути уголовным и таким, что полностью подпадает под гарантии статьи 6 Конвенции.

Кроме того, необходимо заметить, что в пункте 21 настоящего Решения Европейский суд по правам человека указал, что украинское правительство признало уголовно-правовой характер Кодекса Украины об административных правонарушениях.

Более того, при определении того, является ли правонарушение «уголовным» в указанном выше смысле, Европейский суд по правам человека может ориентироваться не только на фактически назначенное наказание, но и на то, которое может быть назначено за совершение правонарушения (постановление по делу «Энгель и другие против Нидерландов» от 08 июня 1976 года).

Таким образом, приведенный выше анализ показывает, что отдельные санкции, которые накладываются или могут накладываться в Украине за совершение административных правонарушений прямо рассматриваются Европейским судом по правам человека как уголовные, а поэтому лицо, которое привлекается к административной ответственности, должно пользоваться всеми гарантиями, которые предусмотрены Конвенцией для производств по делам об уголовных правонарушениях, в том числе и презумпцией невиновности (ч. 2 ст. 6 Конвенции).